Постсоветское воспитание. Установки из детства, которые мешают нам жить

Честно, близко, конструктивно. Если бы я принадлежала к поколению зумеров, эта книга вряд ли бы приглянулась. Она в первую очередь для миллениалов, которые появились на свет ближе к закату СССР, чье детство прошло в 90-е. «Нерушимой» страны уже не было, а нас продолжали воспитывать на ее установках, укоренившихся в сознании миллионов людей. Нас учили быть хорошими девочками (мальчиками)в глазах общества, но не в своих собственных. Поступать, как принято, не сверяясь с внутренними желаниями. Принимать за истину чужую картину мира. Отдельные цитаты из книги: «Любовь к себе в СССР считалась эгоизмом (и, как следствие, порицалась), а общественное важнее личного». «Стыд, страх и вина – три «кита» советского воспитания. «Что скажут люди?» - основополагающий вопрос в этой системе». «Выросшие в советской культуре, мы склонны к автоматическому оцениванию других людей, обсуждению, осуждению и, в конечном счете, - к обвинению. Это что-то вроде потребности – обвиняя других, мы сами чувствуем себя лучше». Знакомо? Порой до боли. Как замечает автор, цель этой книги не в том, чтобы «дать оценку родителям или историческому контексту, в котором мы росли, и уж тем более найти виноватых». В каждой из 13 личных историй, в которых часто узнаешь себя, идет речь об установках постсоветского детства («я – последняя буква алфавита», «готовься к худшему», «ничего не поделаешь», «какая от тебя польза?» …), и дается «лекарство» для перемен в мышлении и сознании («я – не последняя буква алфавита, наоборот – с нее все начитается», «верить в лучшее, получать кайф от процесса и помнить, что все решаемо, - куда более выигрышная стратегия», «лучше начать с малого, чем не делать ничего», «вы – не ископаемое, чтобы быть полезным»…). Эта честная книга. Доступная, понятная. И смелая. Чтобы публично поделиться личным опытом – травматичным, неприятным, печальным – нужна смелость. Здесь в самом деле нет обвинений в чей-либо адрес. Только констатация фактов и предложения альтернатив: «Мы окей. Мы можем прислушаться к себе, узнать себя и отважиться быть собой», «Чего-то не знать и не уметь – не стыдно», «Куда важнее беречь людей, а не вещи». Книга прочитана. С интересом и узнаванием. Но вряд ли захочется к ней вернуться снова, как не хочется возвращаться в тот прежний исторический контекст (правда, часто возникает чувство, что мы продолжаем в нем жить).